|
Роберт А. Джонсон
ОН: Глубинные аспекты мужской психологии
Что значит быть мужчиной? Каковы основные вехи на пути становления маскулинности? Как увидеть в себе черты Парсифаля и Короля-Рыбака? Как они проявляются в жизни современного мужчины? Какое место в жизни мужчины занимают женщины? Чем чувство отличается от эмо-ции, и где искать истоки плохого настроения? На эти и многие другие вопросы отвечает автор в этой необычной книге, посвященной загадкам мужской психологии.
Предисловие
В действительности женщины знают о мужчинах не так много, как себе представляют. На протяжении многих веков они стремились преуспеть в особом искусстве приспособиться к ним. Но приспособиться к мужчинам - не значит их понять. Женщины часто заблуждаются, думая, что жизнь мужчины достаточно легка, по крайней мере, по сравнению с женской долей, и не имеют никакого понятия о той сложной внутренней борьбе, которая происходит в период превращения наивного мальчика в зрелого мужчину. Они не представляют себе, какой долгий и трудный путь следует пройти мальчику и мужчине, который должен отделиться от своей родной, незаменимой, заботливой матери и встать на путь испытаний, совершенно не похожий на пройденный ею, где уже нельзя воспользоваться ни материнским опытом, ни советом. С этой точки зрения можно отметить, что девочка должна стремиться быть похожей на мать, тогда как мальчик должен нау-читься от нее отличаться. При этом такое различие не должно портить ему жизнь, переходя в ан-тагонизм или страх. К сожалению, сегодня западная культура находится в таком состоянии, что часто становится трудно избежать этого плачевного результата, несмотря на вытекающие из него очевидные социальные последствия.
Именно поэтому юнгианский подход, предполагающий проникновение в суть проблемы, ока-зывается столь полезным в объяснении никогда не прекращающегося конфликта между мужчи-нами и женщинами. Джонсон весьма удачно объясняет эту вечную "войну полов" с помощью очень простой, но искусной интерпретации древних мифов (в нашем случае - мифа о Парсифале).
Непосвященному читателю книга, интерпретирующая средневековый миф на современный лад, может показаться дидактичной и глупой. Это не так! Джонсон обладает редким сочетанием дискурсивности и подкупающей простоты стиля, и его ясное толкование юнгианских концепций, необходимых для объяснения его подхода, без особых препятствий проникает в ткань текста. Глубокий смысл новеллы заключается именно в ее неопределенности, и я абсолютно уверена в том, что большинство читателей не отложат книгу, не дочитав ее до конца. Но, закончив чтение, можно убедиться в том, что она вам очень хорошо запомнилась, и время от времени вас потянет к ней вернуться, как притягивает к себе что-то очень близкое, и с каждым следующим прочтени-ем у вас будут появляться все новые и новые инсайты.
Иными словами, я очень рекомендую прочитать эту книгу. Она будет вас развлекать, инфор-мировать, будить ваше мышление, ибо она загадочна и вместе с тем поэтична. Мужчины, кото-рые ее прочтут, безусловно, узнают о себе больше, а женщинам, особенно тем, которые, к глубо-кому сожалению, до сих пор видят в мужчинах "врагов", она поможет посмотреть на них други-ми глазами.
Рут Тиффани Барнхауз,
ассистент психиатрии, Гарвардский университет
Мифология и постижение Бога
Введение в историю о Священной Чаше
Для первобытных людей мифология была священной, словно в архаичных мифах содержалась человеческая душа. Жизнь первобытного человека зарождается и развивается в мифологической колыбели, поэтому смерть мифологии означает разрушение человеческой жизни и человеческого духа, как это случилось с мифами американских индейцев.
Однако для большинства наших современников слово "миф" стало синонимом слов "вымы-сел" и "иллюзия". Такая путаница возникла вследствие ложного представления о том, что мифы родились в процессе наивных попыток древнего человека объяснить разные природные явления, в чем наука преуспела гораздо больше. Но сейчас некоторые психологи и антропологи помогают нам увидеть миф в совершенно ином свете и понять, что он отражает глубинные психологиче-ские и духовные процессы, присущие человеческой психике. В первую очередь следует назвать К. Г. Юнга, который в своей концепции коллективного бессознательного подчеркивал, что мифы - это спонтанные проявления скрытой в бессознательном психологической и духовной истины. По Юнгу, мифы содержат глубокий смысл для каждого человека, ибо в них в форме рассказа всплывает "архетипическое" содержание, то есть универсальные и достоверные картины жизни.
Миф находится в таком же отношении ко всему человечеству, как сон - к отдельному челове-ку. Сон доносит до человека важную и необходимую психологическую истину о нем самом. Миф же открывает важную психологическую истину о человечестве в целом. Человек, который пони-мает сны, лучше понимает самого себя. Человек, постигающий внутренний смысл мифа, сопри-касается с универсальными духовными вопросами, которые ставит перед ним жизнь.
Вполне вероятно, что среди всех западных мифов о мужчине уникальной является история о Священном Граале. Опираясь на языческие и раннехристианские мотивы, миф о Священной Ча-ше окончательно оформился к ХП-ХШ столетиям. Его разные версии почти одновременно поя-вились во Франции, в Англии, в Уэльсе и некоторых других европейских странах, как если бы скрытая в глубине жизнь внезапно пробилась к свету. Христианское содержание этого мифа, его последняя версия и его корни, уходящие в европейскую почву, придают ему особую значимость в контексте западной духовной культуры.
Основой для этой книги послужил курс лекций о Священной Чаше, прочитанный Робертом Джонсоном в епископальной церкви апостола Павла весной 1969 года. Его толкование мифа ос-новано на принципах юнгианской концепции. Мне кажется, имеет смысл кратко остановиться на наиболее существенных аспектах концепции Юнга.
Главная идея юнгианской психологии заключается в процессе индивидуации. Индивидуация совершается на протяжении всей жизни; следуя этому процессу, человек постоянно приближает-ся к идеальной целостной личности, определенной Божьим промыслом. Это приближение за-ключается в постепенном расширении человеческого сознания и возрастающей способности соз-нательной личности к максимальной рефлексии своей самости. Под Эго мы подразумеваем центр нашего сознания, Я, находящееся у нас внутри, ту нашу часть, с которой мы сознательно иден-тифицировались. Самостью мы называем всю личностную структуру, потенциальную личность, которая находится внутри нас с момента рождения и ищет любую возможность обнаружить и проявить себя через посредство Эго на протяжении всей человеческой жизни.
Процесс индивидуации вовлекает человека в круг очень серьезных психологических и духов-ных проблем. Весьма сложной является проблема начала примирения с собственной тенью - темной, отвергаемой и даже опасной частью личности, которая входит в конфликт с сознатель-ными установками и идеалами. Каждый из нас, желая достичь целостности, должен так или ина-че найти с тенью общий язык. Отвержение теневой стороны личности приводит к ее расщепле-нию и постоянному конфликту между сознанием и бессознательным. Принятие и интеграция те-невой стороны личности - это всегда трудный и болезненный процесс, который тем не менее обязательно приводит к установлению психологического равновесия и гармонии, по-иному со-вершенно недостижимых.
Еще более сложная задача для мужчины - интеграция элемента бессознательной феминин-ности, а для женщины - маскулинности. Одно из наиболее ценных открытий Юнга - андро-гинность - представляет собой соединение в человеке маскулинности и фемининности. Но, как правило, идентифицировавшись со своей маскулинностью, мужчина, если можно так выразиться, скрывает свою фемининность глубоко внутри, а женщина, соответственно, так же поступает со своей внутренней маскулинностью. Эту внутреннюю женщину, существующую в мужчине, Юнг назвал анимой, а мужчину, существующего внутри женщины,- анимусом.
Интеграция мужчины с его фемининностью - вопрос сложный и психологически тонкий. Пока этот процесс не завершен, мужчине не стоит надеяться на возможность проникновения в тайну своей самости. Легенда о Священной Чаше появилась в тот самый исторический момент, когда мужчина стал по-новому осознавать свою фе-мининность. Эта история повествует, в первую оче-редь, о тяжелой, но необходимой борьбе, происходящей в мужчине в процессе осознавания своей внутренней фемининности и установления с нею контакта. Отсюда следует, что легенда о Свя-щенной Чаше - это прежде всего история о процессе мужской индивидуации. Мужчина, читаю-щий эту книгу, может найти в ней ключевые точки отсчета в развитии собственной личности, соответствующие основным моментам развития сюжетной линии легенды. Поскольку женщине приходится жить с мужчиной, у нее тоже может появиться определенный интерес к скрытому смыслу легенды о Священной Чаше, так как понять его - значит понять мужчину в критические моменты его жизни.
В этом заключается смысл третьей проблемы. Актуализация самости сталкивает традицион-ное христианское сознание с серьезной проблемой. Христианское сознание, которое формирова-лось столетиями, имеет в своей основе стремление к совершенству, к жизни в любви и мире. Не-смотря на то, что написано в Евангелии, нас учили, что Бог не может примириться с нашим несо-вершенством и темнотой. Особое усердие в этом отношении проявил апостол Павел. Он совер-шенно ясно дает понять (это можно заметить во многих местах его посланий), что в его понима-нии христианин - человек чистый, кроткий и безгрешный перед Богом, не имеющий гнева, злобы и похоти.
Психология, опирающаяся на концепцию индивидуации, делает акцент на том, что целост-ность личности определяется не степенью ее совершенства, а степенью ее интегрированное™ и полноты. Целостная личность - это ни в коем случае не кроткое, невинное и чистое создание, а человек, в котором все его качества очень гармонично, но не вполне объяснимо объединены в одно целое. Такое парадоксальное соединение противоположностей (жизнь никогда не бывает той или другой, она всегда и та, и другая) - тайна, которую нельзя понять или рационально ос-мыслить. Такое единство - мистическое явление, известное только Богу. Эго может лишь ощу-щать целостность и универсальность самости, но никогда не может понять ее логически. С точки зрения христианства это означает, что мы не можем стать целостной личностью одной лишь ми-лостью Божией. Вместе с тем личность, стремящаяся обрести целостность, должна совершить великое странствие, дальнее путешествие, искать основу и назначение бытия, часто испытывая при этом тяжкие муки. Именно такое чудесное возникновение целостности и как Божьего дара, и как плода огромной внутренней работы мужчины - центральная тема мифа о Граале.
Эта новелла может пробудить интерес читателя ко многим другим работам, посвященным данной тематике. Поэтому в конце книги помещена хорошо подобранная библиография. Читате-лям, желающим получить более полный или научный взгляд на психологическую основу леген-ды о Священной Чаше, можно порекомендовать книгу Эммы Юнг "Легенда о Граале", опублико-ванную издательством "G. P. Putnam Son's" для Ассоциации аналитической психологии К. Г. Юнга. В ней читатель найдет полный и богатый комментарий легенды, сделанный Эммой Юнг и Марией-Луизой фон Франц, который тем не менее не может заменить глубоких инсайтов в от-ношении особенностей мужской психологии, раскрывающихся в этой книге.
Хочется выразить огромную благодарность прихожанам церкви апостола Павла, которые с ог-ромным желанием и вниманием прослушали лекции автора. Господин Джонсон и я особенно благодарны Гленде Тейлор, расшифровавшей и отредактировавшей эти лекции, сделавшей текст понятным читателю, и Маргарет Браун, написавшей краткое содержание легенды (см. при-ложение), а также моим помощницам Гертруде Гридли и Элеонор Гарнер, подготовившим руко-писи для публикации.
Ну а теперь самое время приступить к нашей истории.
Джон Сэнфорд,
епископальная церковь апостола Павла Сан Диего, Калифорния
Введение
Очень часто, когда в истории человечества наступает новая эра, одновременно с ней возникает соответствующий миф, который несет в себе некоторое предвидение будущего; в нем всегда со-держится мудрый совет, помогающий человеку адаптироваться к психологическим особенностям своего времени.
Такое духовное предписание для нашего современника можно найти в мифе о поисках Пар-сифалем Священной Чаши Грааля. Миф о Священной Чаше возник в XII веке; многие люди убе-ждены в том, что именно тогда и началась наша эра, что все наши современные идеи, теории и убеждения зарождались и развивались в то самое время, когда миф о Граале только-только по-являлся и обретал свою форму.
Тема мифа о Граале постоянно была на слуху в XII, XIII и XIV-м веках. Эхо этого мифа можно было услышать в любой части Европы. Мы воспользуемся французской версией, записанной раньше всех остальных и отразившейся в поэме Кретьена де Труа. Кроме нее, существует немец-кая версия Вольфрама фон Эшенбаха. Английская версия, "Смерть Артура", восходит к XIV ве-ку, но с тех пор она претерпела очень большие изменения. Она стала чрезвычайно сложной, а в результате многочисленных переизданий настолько авторизованной, что утратила определен-ную, очень важную мифологическую часть психологической истины. Французская версия намно-го проще и конкретнее, она более доступна бессознательному. Таким образом, она больше всех других версий соответствует нашим целям.
Очень важно помнить и понимать, что миф постоянно живет в каждом из нас. Вы можете рас-познать эту истинную живую природу мифа, ощутив, как он раскрывается внутри вас. Самая большая награда, которую можно обрести в результате общения с этим или любым другим ми-фом,- это почувствовать его воздействие на вашу психологическую структуру.
Миф о Граале раскрывает основы мужской психологии. Все, что происходит в мифе, мы должны принять как часть происходящего с внутренним миром мужчины. Время от времени в ходе нашей истории мы будем встречать девушек ослепительной красоты, но при этом рассмат-ривать их как образы, присущие мужской психике. Но женщины не менее мужчин заинтересова-ны в раскрытии секрета мифа о Чаше Грааля. Каждая женщина может узнать в том или ином эк-зотическом мифологическом персонаже хорошо знакомые черты родного или близкого мужчи-ны: отца, сына или мужа. Все это дает мне основания надеяться, что читателю будет очень по-лезно распознать характерные признаки трансформации мужской психологии, которые несут в себе мифологический персонаж Парсифаль и прекрасные дамы, принадлежащие его внутреннему миру.
Король-Рыбак
Наша история начинается в замке Грааля. На замок обрушилась беда. Живущий в нем Король-Рыбак был жестоко ранен. Его рана была столь серьезной, что он находился на грани жизни и смерти. Он стонал, кричал от боли и страдал, не зная ни сна, ни отдыха. Все его владения под-верглись опустошению и разорению. Его стада больше не плодились, поля оскудели, рыцари и воины были убиты, дети в его королевстве осиротели, женщины постоянно плакали, повсеместно царили скорбь и траур, и все это имело только одну причину - Король-Рыбак был ранен.
Процветание и благополучие королевства зависят от силы и зрелости его правителя. Это об-щее правило, которое и сейчас не вызывает особенных сомнений, а первобытные люди ему сле-довали беспрекословно. До сих пор существуют племена, сохраняющие примитивную социаль-ную организацию, где правителя убивают сразу, едва он потеряет способность к воспроизведе-нию потомства. Его действительно убивают физически; для этого даже существует специаль-ный ритуал. Иногда его убивают постепенно, иногда правителя ждет жестокая казнь, но убийство обязательно совершается, так как считается, что подвластный ему народ не может процветать при слабом или больном правителе.
Итак, замок Грааля постигло несчастье, ибо Король-Рыбак был серьезно ранен. Миф сообщает нам, как это произошло. Много лет назад, когда, еще будучи подростком, Король-Рыбак бродил по дремучему лесу, он увидел стоянку. Эту стоянку люди давно покинули, но в очаге еще тлели угли, и на них жарился лосось. Вполне естественно, что мальчик захотел отщипнуть от него ку-сочек и потянулся к лососю. Он был очень голоден, а здесь, совсем рядом, на огне, жарилась по-разительно вкусная рыба, и он, конечно же, не смог удержаться. Но, едва прикоснувшись к рыбе, он ее уронил, вскрикнув от боли, так как обжег себе пальцы. Он облизал обожженные пальцы, чтобы успокоить боль, и вместе с болью ощутил слабый вкус жареной лососины. Ожог оказался весьма болезненным, а рана оставалась незаживающей. С тех пор его стали называть Король-Рыбак, потому что он получил рану от рыбы.
Согласно другой версии мифа, юный Король-Рыбак сгорал от любви (здесь речь идет о Иарц-нфале Вольфрама фон Эшенбаха. (Примеч. пер.). В один прекрасный день он оставил свой замок и помчался на охоту, чтобы полностью отдаться своей страсти. В это же время другой рыцарь, мусульманин (то есть язычник), внутреннему взору которого открылось Святое Распятие, бросил все и отправился на все четыре стороны, желая во что бы то ни стало найти подтверждение уви-денному. Едва они заметили друг друга, каждый рыцарь опустил забрало шлема, поднял копье и во весь опор помчался навстречу противнику. Как только стих лязг оружия и закончился крова-вый поединок, рыцарь-язычник оказался убит, а Король-Рыбак ранен в бедро, и эта рана стала катастрофической для целого королевства.
Какой интересный ракурс! В смертельном поединке сходятся рыцарь, обладающий мистиче-ским видением, и чувственный рыцарь. Природный инстинкт внезапно вошел в соприкосновение с духовным зрением, а духовное начало оказалось затронуто открывшимся ему природным ин-стинктом. В результате такого столкновения на внутреннем перекрестке может начаться вели-чайший эволюционный процесс, либо этот смертельный конфликт приведет к полному психоло-гическому разрушению.
Я содрогаюсь при мысли о возможных последствиях такого сражения, ибо после него мы ос-таемся с растерзанной сферой чувств и изуродованным христианским мироощущением. Наш со-временник вряд ли сможет избежать этого конфликта в своей жизни, и тогда есть все основания для наступления грустного финала, похожего на финал этой версии. Человеческая страсть поги-бает, а духовное зрение нарушается.
Притча о поединке святого Георгия с драконом, распространившаяся в Западной Европе во времена крестовых походов, несет в себе точно такой же смысл. В схватке с драконом сам святой Георгий, его конь и дракон были смертельно ранены. Все они испустили дух, но по счастливой случайности птица, сидевшая в это время на ветке, прямо над лежащим святым Георгием, клева-ла апельсин (или лимон), и капля животворного сока попала в рот убитого. Вскочив на ноги, вос-кресший рыцарь сорвал лимон и, выжав живительный эликсир в рот своей лошади, оживил ее. Но никому не пришло в голову оживить дракона.
Имеет смысл рассмотреть символику этой любопытной последовательности событий, где мы впервые сталкиваемся с проявлением мужской психологии. Лосось - это один из многочислен-ных символов Христа. Мальчик, достигший подросткового возраста, соприкасается со своей внутренней христианской сущностью, но, так как это соприкосновение происходит слишком стремительно, оно наносит ему рану и он теряет цель, к которой так стремился. Заметим, что он берет пальцы в рот и ощущает вкус, который остается с ним на всю жизнь. Мужчине приходится переносить много душевных травм в процессе соприкосновения со своей внутренней христиан-ской сущностью. Именно в этом заключается для него процесс индивидуации. Но если сопри-косновение происходит преждевременно, боль становится нестерпимой и возникает глубокая, незаживающая рана.
Все мужчины повторяют судьбу Короля-Рыбака. Каждый неопытный мальчик в период взрос-ления и возмужания сталкивается с чем-то для него непосильным; проходит добрая половина жизни, пока дело, за которое он схватился, не начинает жечь ему руки, и тогда мальчик его бро-сает. Он серьезно ранен, мучительно страдает и потому скрывается подальше от людей зализы-вать свои раны. Мальчик чувствует сильную горечь, ибо он старался изо всех сил и даже прикос-нулся к лососю, то есть к своей индивидуации, но не смог удержать его в руках. Если вы знаете, что значит для молодого человека постпубертатный возраст, то должны понять, какой смысл для него несет все, что сказано выше. В той или иной мере каждый мальчик должен быть ранен, по-добно Королю-Рыбаку. Именно эту рану церковь называет felix culpa - счастливой ошибкой или блаженным грехом.
Очень тяжело видеть, как молодой человек начинает постепенно осознавать, что мир - это не только счастье и удовольствие; грустно наблюдать за разрушением его наивной очарованно-сти миром, веры и оптимизма. К сожалению, это неизбежно. Если бы нас не изгнали из Эдема, мы не смогли бы попасть в небесный Иерусалим. В вечерней католической литургии на Страст-ную субботу есть изумительные строки: "Слава Тебе, Господи, ибо Ты даешь нам возможность столь великого искупления".
Болезненной раной Короля-Рыбака может оказаться вопиющая несправедливость, подобная обвинению человека в том, чего он никогда не совершал. Я вспоминаю случай, описанный Юн-гом в автобиографии. Однажды его школьный учитель прочитал вслух письменные работы всех его товарищей, за исключением работы Юнга. После этого он произнес: "Здесь есть еще одна ра-бота, которая написана лучше всех, но мне очевидно, что это плагиат. Если я найду оригинал, этого ученика мне придется исключить". Эта работа принадлежала Юнгу, который очень долго и кропотливо над ней трудился; после этого случая он никогда уже не верил ни этому преподава-телю, ни вообще школьному образованию. Так у молодого Юнга проявилась рана Короля-Рыбака.
СТАДИИ ЭВОЛЮЦИОННОГО РАЗВИТИЯ
По традиции у мужчины потенциально существуют три стадии психологического развития. Архетипический паттерн предполагает развитие мужской психологии от бессознательного дет-ского превосходства и совершенства через сознательное ощущение своей ненужности и ущерб-ности в среднем возрасте к сознательному ощущению полноценности в старости. Человек дви-жется от невинной целостности, в которой внутренний и внешний миры соединяются для него в одно целое, к разделению и различению внутреннего и внешнего мира и сопутствующему ощу-щению дуализма жизни, и, наконец, с большой степенью вероятности он приходит к повторно-му, совершенно сознательному воссоединению внутреннего и внешнего в гармоничную целост-ность.
Сейчас мы рассматриваем развитие Короля-Рыбака в период перехода от первого этапа ко второму. Нет смысла даже упоминать о наступлении последнего этапа, если человек не завершил свое развитие на предыдущем. Не стоит толковать о единстве со Вселенной, пока человек не ощутит и не осознает себя отдельно от нее. Мы можем следовать всевозможным мысленным экс-периментам, следить за искусной игрой ума и говорить о единой сущности всех вещей, но мы не в состоянии жить и действовать в соответствии с нашими умозаключениями, не научившись от-личать внутренний мир от внешнего.
Иными словами, мы должны покинуть райские кущи Эдема прежде, чем начнем путь в небес-ный Иерусалим, даже если они находятся совсем рядом.
Для мужчины первый шаг из Эдема - это испытание боли и страданий дуализма жизни, кото-рые ему причиняет рана Короля-Рыбака.
Очень часто эта болезненная рана, нанесенная мальчику, заметно влияет на его отношения с окружающими. Когда он делает первые шаги в направлении индивидуации, то есть впервые при-касается к лососю, он как бы действует в соответствии со своими правилами. Это означает, что он становится изгоем в своем коллективе, не желая быть просто одной из овец в большом стаде. Таким образом разрушаются устоявшиеся связи с людьми, составляющими его окружение, но и он не может уйти далеко вперед, поэтому в данный момент он вовсе не целостная личность с присущим ей отношением к жизни. В таких случаях англичане говорят, что человек оказался между двух стульев. Он не умещается ни здесь, ни там. Находясь в состоянии Короля-Рыбака, он и не должен хорошо себя чувствовать. "Уединение" - то единственное слово, которое наиболее точно характеризует это состояние. Все мы, удалившиеся в добровольное уединение и экзистен-циальное одиночество люди, несем в себе рану Короля-Рыбака.
Прочтите любую современную повесть, и вы обнаружите, что в каждой из них события вра-щаются вокруг одной темы - одинокого человека, его потерь и отчуждения от мира. И это гло-бальная и очень наболевшая тема, так как все мы в той или иной степени имеем (несем) внутри себя образ Короля-Рыбака. Пройдитесь по улице, всматриваясь в лица прохожих, и вы увидите в них явные или скрытые черты Короля-Рыбака. Мы все серьезно ранены, и этого нельзя не заме-тить.
Но миф сообщает нам еще один факт: Король-Рыбак был ранен в бедро. Вспомните библей-ский сюжет, в котором Иаков боролся с ангелом и был ранен в бедро. Ранение в бедро для муж-чины означает сексуальную травму. Одна из наиболее откровенных версий мифа о Граале такова: Король-Рыбак был ранен стрелой, которая пронзила ему оба яичка.
Но назвать эту травму только сексуальной было бы не совсем правильно. Скорее раненой ока-залась его мужественность, его способность к воспроизводству, его возможность творить. Вот почему владения Короля-Рыбака стали бесплодными и пустынными, вот почему не множились стада и не было урожая. Зачахла вся земля, перестав быть плодородной, лишившись способности к воспроизводству.
Я сомневаюсь, чтобы во всем мире нашлась хотя бы одна женщина, которой не пришлось бы видеть близкого ей мужчину пребывающим в тоске и страдании, как Король-Рыбак. Именно жен-щина может оказаться единственным человеком, способным заметить наступление этой тоски прежде, чем ее сможет осознать сам мужчина. Именно женщина способна уловить это тягостное, часто появляющееся у мужчины ощущение уязвимости и неполноценности. Мужчина, перепол-ненный такими переживаниями, нередко совершает бессмысленные и глупые поступки, надеясь залечить свою рану и таким образом избавиться от отчаяния, преследующего его днем и ночью, неделю за неделей. Обычно он бессознательно ищет возможности его внешнего выражения в ок-ружающем мире: жалуясь на свою работу, покупая новую машину, даже находя себе новую жену, но все эти поступки - лишь бессознательные попытки Короля-Рыбака самостоятельно исцелить свою рану.
Вот что символически означает рана Короля-Рыбака. Лежа на носилках, которые таскали слу-ги, он корчился в муках, стонал и кричал от боли. Он был счастлив, лишь когда отправлялся на рыбалку. Не следует понимать это слишком буквально и думать, будто рыбалка - единственное занятие, способное исцелить мужчину. Рыбалка символизирует работу с бессознательным, борь-бу за осознание того, что человек оказался вне индивидуационного процесса с тех самых пор, как в подростковом возрасте произошло это роковое для него событие. Если мужчине удастся снова войти в контакт со своим бессознательным, это ему поможет, но окончательное исцеление при-дет лишь после завершения процесса, который неизбежно начинается в юности.
Король-Рыбак владел замком Грааля, где хранилась Священная Чаша, из которой причаща-лись апостолы во время Тайной Вечери. Но мы уже упоминали о том, что Король-Рыбак не мог дотронуться до Чаши Грааля. Тяжелая рана не давала ему возможности испить из Священной Чаши, чтобы исцелиться, хотя Чаша находилась здесь же, в замке.
Вникая в содержание мифа, мы постепенно начинаем осознавать, что король, который правит нашим внутренним миром, задает тон и определяет стиль жизни всего королевства, а значит, и всей жизни в целом. Если король в полном порядке, у нас все прекрасно. Если внутри все более или менее гладко, тогда и во внешней деятельности не возникает особых проблем. Если же на троне внутреннего королевства современного западного мужчины полулежит страждущий Ко-роль-Рыбак, следует ожидать, что эти страдания будут как-то проявляться внешне, а человек вольно или невольно будет стремиться к уединению. Именно так все и происходит: королевству до процветания очень далеко, стада поредели и отощали, женщины лишились своих кормильцев, дети растут в сиротстве. Этот богатый и многозначный мифологический язык дает нам возмож-ность распознать, каким образом в нашей повседневной жизни проявляется уязвленная архети-пическая структура.
ПРОСТОФИЛЯ, КОТОРЫЙ У НАС ВНУТРИ
Каждый вечер в замке Грааля проходила торжественная церемония. Лежа на носилках и кор-чась от боли, Король-Рыбак наблюдал за процессией, пышность и великолепие которой не под-даются никакому описанию. Одна из многочисленных присутствующих здесь прекрасных дам вносила в церемониальный зал то самое копье, которым римский стражник при распятии прон-зил тело Христа, другая дама держала блюдо, на котором находился хлеб во время Тайной Вече-ри, третья дама входила в зал, неся Чашу Грааля, из глубины которой струился мягкий чудесный свет. Каждый человек, присутствовавший на церемонии, мог пригубить вина из Священной Ча-ши, и тогда сразу же исполнялось его самое сокровенное желание задолго до того, как оно при-шло ему в голову. Любой из присутствовавших здесь людей имел на это полное право, за исклю-чением одного человека, который был тяжело ранен и которого звали Король-Рыбак. Нет ника-ких сомнений в том, что такое лишение - самое ужасное из всех, которые можно себе предста-вить: оставаться обделенным, переживая это чувство в полном бессилии, не имея доступа к кра-соте и возможности достичь умиротворения, как раз когда они находятся на расстоянии вытяну-той руки. Воистину трудно вообразить более жестокую муку. Священная Чаша была доступна всем до единого, за исключением Короля-Рыбака. В то же время каждый из королевских поддан-ных чувствовал это лишение где-то глубоко внутри себя, переживая беспомощность своего коро-ля, лишенного возможности воспользоваться Святым Граалем.
Я вспоминаю время, когда точно так же меня отвергло Прекрасное. Много лет тому назад, на-ходясь в полном одиночестве, я переживал его особенно остро и был не в ладах со всем окру-жающим миром. В тот момент, в период рождественских каникул, я решил навестить своих ро-дителей. Мой путь проходил через Сан-Франциско, поэтому я захотел посетить свой любимый собор Божьей Благодати. В программе вечерней мессы была объявлена "Мессия" Генделя, по-этому, желая насладиться этим величайшим творением великого мастера, я решил на один день задержаться. Я ни разу не слышал, чтобы где-то эту вещь исполняли лучше, чем в таком гранди-озном зале с прекрасными хормейстерами и великолепным органом, с характерным для него тонким и чистым звучанием. Наконец, месса началась, но спустя несколько минут я почувствовал себя таким несчастным, что мне оставалось только встать и уйти. Прошло какое-то время, преж-де чем я понял, что и в жизни тщетно гнаться за красотой и счастьем, если я не могу ими вос-пользоваться, хотя они могут находится прямо под руками. Для нас нет более жуткого и болез-ненного ощущения, чем ощущение своих ограничений в восприятии любви и красоты. Никакие внешние усилия не будут успешными, пока остаются ущербными наши внутренние возможности и ресурсы. Такова рана Короля-Рыбака.
Сколько раз женщины говорили своим мужчинам: "Посмотри на все, что ты имеешь: у тебя самая лучшая работа, о которой можно только мечтать. Мы еще никогда не имели столько денег. У нас две машины. Каждую неделю у нас два, а то и целых три дня выходных. Чего тебе не хва-тает, чтобы чувствовать себя счастливым? Чаша Грааля в твоих руках, так почему же ты не мо-жешь быть счастлив?"
Но, как правило, мужчина не может ответить: "Потому что я - Король-Рыбак, я серьезно ра-нен, и все это меня совсем не радует".
То, что счастье находится совсем рядом, почти у него в руках, действительно причиняет до-полнительную боль. Очевидность факта, что человек владеет всем, чем только можно, чтобы стать счастливым, не способствует затягиванию ран Короля-Рыбака, и человек продолжает стра-дать от невозможности получать удовольствие от благ, которыми он фактически уже обладает.
Мы продолжаем нашу историю. Придворный шут (любой мало-мальски приличный правитель имеет придворного шута) еще задолго до того, как Король-Рыбак был ранен, предсказал, что ис-целение короля может наступить лишь тогда, когда в его замок забредет полный и абсолютный дурак. Придворные средневекового замка могли спокойно принять подобное пророчество. Такое решение проблемы, связанное с появлением какого-нибудь невинного простофили или юнца, их бы вполне устроило. Поэтому все жители королевства дни и ночи напролет ожидали появления наивного простофили, который смог бы исцелить их несчастного короля.
В этой части мифа говорится о том, что в душе каждого мужчины существует наивная часть, которая его спасет и исцелит рану Короля-Рыбака. Предполагается, что, если мужчина хочет ис-целиться, он должен найти внутренний образ, максимально близкий ему по возрасту и менталь-ное™ в момент, когда он был ранен. К тому же это обстоятельство помогает нам понять причи-ну, по которой Король-Рыбак не мог исцелиться сам, а также объясняет, почему во время рыбал-ки его боль только утихала, но не исчезала совсем. Чтобы мужчина смог полностью оправиться от боли, он должен позволить проникнуть в свое сознание чему-то абсолютно иному, способному его изменить. Человек не может исцелиться, оставаясь в рамках прежнего сознания Короля-Рыбака, вне зависимости от его занятий. Вот почему для излечения травмы мужчине необходимо воплотить в жизнь молодую бесшабашную часть своей личности.
Иногда на психотерапевтической сессии мужчины на меня рявкают, если я прошу их сделать что-нибудь необычное или вызывающее у них затруднение: "За кого вы меня принимаете? За ду-рака?" А я им отвечаю: "Да". И это помогает.
Получается, что какое-то невинное или даже дурацкое занятие дает возможность человеку встать на ноги. Он лишь должен быть достаточно кроток и терпим к юной, невинной, подростко-во-глупой части своей личности, чтобы найти в ней истоки для исцеления раны, полученной Ко-ролем- Рыбаком.
Парсифаль
Далее миф уводит нас от страданий раненого Короля-Рыбака к истории родившегося в Уэльсе безымянного мальчика. В те времена родиться в Уэльсе означало родиться где-то далеко, на са-мом краю света. Здесь можно вспомнить отрывок из комментария к Священному Писанию: "Че-го хорошего можно ожидать из Назарета?" Оказалось, что и Уэльс, и Назарет находятся в самом низу в списке ценностей коллективного человеческого сознания. Разумеется, именно оттуда и появился наш герой. Он, призванный спасти страждущих, и приходит с той стороны, откуда его меньше всего ждут. Несколько позже мы узнаем, что его зовут Парсифаль (то есть "невинный дурак"). Это имя содержит и более глубокий смысл: "тот, кто соединяет и совмещает противопо-ложности в одно целое",- и тем самым предписывает юноше роль исцелителя. Значение этого имени в чем-то сходно со смыслом китайского слова "дао".
Но Королю-Рыбаку в поисках своего спасения унизительно полагаться на наивность Парси-фаля. Нечто похожее мы видим в евангельских строках: "Будьте как дети, и вам откроется Цар-ство Небесное". До тех пор, пока вы не станете доверять существующему внутри вас Парси-фалю, у вас не появится ни малейшей надежды на исцеление. Это очень тяжелый момент для взрослого мужчины и его мужской гордости, когда он теряет свое достоинство.
В связи с этим Юнг вспоминал о тяжелой ситуации в своей жизни, когда ему пришлось искать в себе эту детскую наивность. Между ним и Фрейдом возникли большие разногласия в отноше-нии природы бессознательного. Фрейд считал, что бессознательное - это вместилище несущест-венных для сознания элементов, не представляющих для человека никакой ценности. Все, что не находит применения в реальной жизни, обесценивается и вытесняется в бессознательное. Юнг же настаивал на том, что бессознательное - это материнская среда, из которой, как через артези-анскую скважин}', может забить фонтан креативности. Фрейд никак не мог с этим согласиться. Из-за этого разногласия их пути разошлись. Для Юнга этот разрыв был очень тяжелым и тре-вожным, ибо мог иметь весьма плачевные последствия. Он был молодым, неизвестным, еще не имевшим никакой репутации, а потому вполне мог бы завершить свою карьеру, практически не успев ее начать.
Но по возвращении домой Юнг решил: если он действительно убежден в том, что креатив-ность может фонтанировать из бессознательного, то будет верен этой идее до конца. Поэтому он заперся в комнате и стал ждать проявления бессознательного. Незадолго перед этим он как-то играл на полу с детьми. Это привело его к воспоминаниям о своих детских фантазиях, которые он решил воспроизвести через игру прямо сейчас, будучи взрослым. Несколько месяцев он тру-дился в своем саду, строя из камней крепости, города и деревни, которые видел в своих детских фантазиях. Через свой детский опыт он нашел дорогу к проявлению коллективного бессозна-тельного, концепция которого легла в основу всей юнгианскои психологии. Великий человек смог прийти к смирению и стать достаточно приземленным, чтобы довериться своему внутрен-нему Парсифалю.
Парсифаль (мы будем называть его так несмотря на то, что в мифе он получил это имя значи-тельно позже) жил вдвоем с матерью, которую звали Разбитое Сердце. Его отец умер, и мальчик ничего о нем не знал. У него не было ни братьев, ни сестер. Он не имел ничего лишнего, только самое необходимое. Мальчик носил домотканую одежду, не ходил в школу и не учился никакому ремеслу. Он никого ни о чем не спрашивал и был наивным и полным невеждой. Мифологиче-ский герой-освободитель часто вырастает одиноким, в бедной семье и без отца.
Прошло время, и он превратился в подростка. Однажды, играя на улице неподалеку от дома, он увидел, как мимо него проскакали пять рыцарей. До сих пор Парсифалю никогда не приходи-лось видеть ни одного рыцаря, поэтому он был поражен при виде алого с золотым шитьем обла-чения и доспехов, блестящих щитов и копий и прочего великолепного, роскошного убранства. Со всех ног он помчался домой и сразу заявил матери, что повстречал пятерых богов. Парсифаля так поразило увиденное, что, не медля ни минуты, он решил броситься вдогонку и присоеди-ниться к пяти чудесным всадникам. Он даже представить себе не мог, что на свете существует такое чудо.
Услышав об этом, мать Парсифаля залилась горькими слезами. Сначала она даже попыталась отговорить его от этой затеи, но, будучи женщиной мудрой, вскоре убедилась, что это совершен-но бесполезно: мальчик все равно убежит вдогонку за рыцарями, потому что в его жилах течет кровь его отца. Поэтому она рассказала Парсифалю о том, что его отец был рыцарем и пал в бою, сражаясь за честь прекрасной дамы. Два брата Парсифаля тоже были рыцарями и тоже погибли. Чтобы уберечь сына от судьбы, постигшей его отца и братьев, мать Парсифаля взяла его и уеди-нилась в самое глухое место, скрывая от него, что случилось с отцом и братьями. Но все равно произошло то, чего она так боялась. Все ее надежды рухнули в одночасье. Дальше скрывать от сына то, что произошло раньше, было бессмысленно, поэтому она за него помолилась, провожая его в дальний путь, и дала несколько мудрых советов. Эти советы будут влиять на судьбу юноши и на развитие сюжета всего мифа, поэтому к ним следует отнестись повнимательнее.
Мать благословила Парсифаля и избавила его от своей опеки. Однако она не могла удержаться от прощального напутствия. Первое наставление, которое она дала Парсифалю,- с почтением от-носиться к прекрасным дамам. Второе - ему следует ежедневно ходить в церковь: если он будет испытывать голод, он всегда может утолить его в церкви. Третье напутствие матери - не задавать никаких вопросов - было особенно ценным для словоохотливого Парсифаля. Но позже мы уви-дим, что именно оно окажется для него камнем преткновения.
СТРАНСТВИЕ ПАРСИФАЛЯ
Итак, счастливый Парсифаль отправился на поиски своих пяти рыцарей. Скажем сразу, что тех пятерых он так никогда и не встретил, зато нашел много другого.
Каждому человеку, который попадался ему на пути, он задавал один и тот же вопрос: "Вам не встречались пять рыцарей?" На этот вопрос он получал самые разные ответы, советы и замечания - настолько разные, что среди них не было даже двух одинаковых. В конце концов он совершен-но запутался. Этих рыцарей оказалось найти очень трудно: они были везде, или, наоборот, их не было вообще. Если вы посмотрите в глаза 14-15-летнего мальчика, который спрашивает вас: "Вы не знаете, где находятся пять рыцарей, которых я видел?" - и что-нибудь скажете ему в ответ, то поймаете на себе взгляд Парсифаля. В вопросе "Где это взять?" под словом "это" всегда подразу-мевается что-то неконкретное и неопределенное. В таком взгляде подростка впервые проявляет-ся ценность и смысл пятеричной символики, и большую часть своей взрослой жизни он посвя-щает поискам адекватного воплощения этого символа. Число пять указывает на завершенность жизни. Оно является одним из корней слова "квинтэссенция" - пятая сущность. Пять означают завершенность. Пять существуют везде, но они совершенно неуловимы. Они везде и в то же вре-мя нигде. Может показаться, что слишком жестоко для шестнадцатилетнего юноши увидеть вспышку озарения, указывающую ему путь в поиске воплощения полноты жизни. Но таково ис-тинное влечение к духовной жизни у любого человека. Последний человек, которого он об этом спросил, сказал что-то совсем не похожее на то, что он слышал прежде. Итак, пять рыцарей были везде, и в то же время их не было нигде.
Какое-то время спустя Парсифаль оказался перед шатром и подошел к нему. Юноша, вырос-ший в бедной хижине, прежде никогда не видел ничего подобного, поэтому принял этот шатер за храм, о котором ему рассказывала мать. С огромным волнением и трепетом он бросился в шатер, собираясь помолиться Богу, и вдруг обнаружил там прекрасную даму. Она оказалась первой из блестящей, даже ослепительной, изумительной череды прекрасных дам, с которыми нам придет-ся встретиться в нашем повествовании.
Парсифаль запомнил наставление матери, что он должен защищать честь каждой прекрасной дамы, которая повстречается на его пути, обожать и почитать ее, угождать ей, как только сможет. Поняв этот наказ буквально, он изо всех сил стал проявлять свое рвение, подошел к ней вплот-ную и даже обнял ее. Увидев у нее на руке кольцо, он снял его и надел себе на палец. Таким об-разом он получил от своей прекрасной дамы талисман, который будет воодушевлять его на под-виги всю оставшуюся жизнь.
Приходилось ли вам видеть мальчика во время его первого свидания? Эта картина может по-служить прекрасной реминисценцией. Но вполне естественно, что прекрасная дама была оскорб-лена таким поведением юноши.
Мать говорила Парсифалю, что он может найти себе пропитание - простую пищу, чтобы уто-лить голод, - в церкви, Господнем Храме. Поэтому Парсифаль, увидев в шатре накрытый стол, был абсолютно уверен, что это сделано в его честь. Но хозяйка шатра ждала своего возлюблен-ного рыцаря, который служил ей и защищал ее честь; она выставила на столе все его любимые блюда. Что касается Парсифаля, для него пророчество сбывалось буквально: вот Божий Храм, вот прекрасная дама, вот вся лучшая еда, которую он только мог пожелать. Все сходилось с тем, что сказала мать. Усевшись за стол, Парсифаль принялся есть с большим аппетитом, решив, что жизнь сама по себе все же прекрасна.
В это время прекрасная дама стала наконец понимать, что к ней забрел человек, мягко говоря, не совсем обычный. Оказалось, что рядом с ней находится поистине безгрешный, простодушный отрок, и, как только она это осознала, ее злость мгновенно утихла. Опасаясь за жизнь Парсифаля, она стала умолять его немедленно покинуть шатер, уверяя его, что если по возвращении рыцарь застанет Парсифаля в шатре, то убьет его без тени сомнения.
Но для Парсифаля по-прежнему все шло как нельзя лучше. Он обрел Божий Храм, нашел оча-ровательную даму, чье кольцо он уже носил на руке. Он был сыт - чего же еще надо?! Если у вас есть знакомый подросток, такое поведение не должно вызывать у вас удивления. Наблюдать за ним в такой момент, с одной стороны, больно, а с другой - очень трогательно.
Наконец, Парсифаль послушался прекрасную даму, покинул шатер и отправился в путь. Он решил, что жизнь хороша: все происходило так, как говорила его мать.
Вскоре ему на пути встретились два разоренных монастыря: мужской и женский. Монахи и монахини изнывали от непосильного труда. Святое Причастие оставалось невостребованным в алтаре, ибо к нему никто не мог приблизиться. Урожай не вызревал, стада не размножались, ко-лодцы пересохли, на деревьях не было видно ни одного плода: ничего не росло, не зрело, не пло-доносило, везде царили нищета и разруха, и нигде не встретилось ни одного счастливого уголка. По всем признакам эта земля была заброшена.
В мифах эта тема очень часто повторяется снова и снова в разных вариантах, демонстрируя общность единого принципа на многих разных уровнях. Вот почему ситуация в мужском и жен-ском монастырях абсолютно идентична ситуации в замке, которым владеет Король-Рыбак. Опус-тошенная земля в сочетании с сакральным символом, находящимся здесь же, в алтаре, но абсо-лютно недоступным, является символическим воплощением серьезного невротического состоя-ния. Все, что требуется человеку, находится здесь же, под руками, оно вполне доступно, и тем не менее он не может этим воспользоваться. Это мучительное состояние, характерное для невроти-ческой структуры раздираемой на части личности.
Мы живем в период наивысшего расцвета благосостояния человечества за всю историю его существования. Однако мне иногда приходит в голову мысль, что мы едва ли не самое несчаст-ное поколение. Мы разобщены, мы - Короли-Рыбаки, монастыри, над которыми тяготеет прокля-тие.
Парсифаль все это видел. У него не было сил, чтобы всех исцелить и все сразу исправить, но он обещал вернуться, когда станет сильнее, чтобы снять тяготеющее над монастырями прокля-тие. Какое-то время спустя, в один прекрасный момент, он обязательно вернется и исполнит свое обещание.
КРАСНЫЙ РЫЦАРЬ
Итак, Парсифаль продолжал свой путь, пока не повстречал Красного Рыцаря, который только что покинул дворец короля Артура. Красный Рыцарь обладал такой силой, что все войско короля Артура пасовало перед ним. Поэтому, когда ему что-нибудь требовалось, он просто приходил и брал это. Да и во всем остальном он делал лишь то, что ему хотелось, никого не опасаясь. Рыцарь ехал, держа в руках серебряный кубок, который украл из дворца. Ни у одного из королевских подданных не хватило мужества его остановить. Последний оскорбительный поступок Красного Рыцаря заключался в том, что он плеснул вино из графина прямо в лицо королеве Гиневре.
Пораженный видом Красного Рыцаря, Парсифаль уставился на него во все глаза. Тот был весь в алом: в алых доспехах, лошадь была покрыта алой попоной, седло на ней было алое, и вся эки-пировка рыцаря и его вооружение были алого цвета. Он представлял собой великолепное, даже роскошное зрелище. Пасифаль попросил Красного Рыцаря остановиться и поведал ему, что тоже хочет стать рыцарем, только не знает, как это сделать. Изумленный наивностью стоявшего перед ним юного дурака, Красный Рыцарь даже не тронул Парсифаля, а лишь сказал ему, что, если тот хочет стать рыцарем, пусть направляется ко двору короля Артура, а сказав так, он громко расхо-хотался и поскакал прочь.
Безусловно, причина для смеха у него была. Чтобы стать рыцарем, следовало пройти немало испытаний. Но наивный Парсифаль все спрашивал, и спрашивал, и спрашивал, пока наконец не добрался до двора короля Артура. Король Артур был добрым человеком: он не стал насмехаться над Парсифалем, а просто объяснил ему, что, прежде чем стать рыцарем, человек должен много-му научиться и быть посвященным во все рыцарские искусства. И Парсифаль его понял.
Среди придворных дам короля Артура была одна девушка, с которой шесть лет назад случи-лось несчастье, и все эти годы никто ни разу не видел на ее лице улыбки и не слышал ее смеха. Но среди подданных короля Артура существовало предание, согласно которому несчастная де-вушка, ни разу не улыбнувшаяся за шесть лет, счастливо улыбнется и зальется веселым смехом, если к ней приблизится самый достойный и мужественный рыцарь на свете. И вдруг произошло то, чего никто не ожидал: увидев Парсифаля, девушка вдруг звонко и весело рассмеялась. Слу-чившимся был потрясен весь королевский двор. Оказывается, здесь, в замке, появился самый достойный на свете рыцарь! Перед девушкой стоял наивный юнец, мальчик в домотканой одеж-де, абсолютный невежда, но, несмотря на все это, она рассмеялась. Невероятно!
Мы знаем, что, пока в мужчине не проявилась часть личности, воплощенная в образе Парси-фаля, в нем преобладает фемининность: она никогда не улыбается, не способна быть счастливой и начинает радоваться лишь при появлении Парсифаля. Если же мужчине удается пробудить к жизни ту часть души, где живет Парси-фаль, то и другая часть его личности обретает радость жизни.
Недавно я был свидетелем подобного случая. Ко мне на консультацию пришел мужчина. Он плакал. Жизнь казалась ему совершенно невыносимой. С ним практически невозможно было раз-говаривать. Поэтому я стал рассказывать ему всякие истории, а время от времени просил его принимать в них участие. Фактически я заставлял его играть роль Парсифаля. Я заставил его со-вершать детские путешествия, и вдруг он рассмеялся. Девушка, находящаяся у него внутри, ко-торая не смеялась целых шесть лет, вдруг залилась счастливым и веселым смехом. Теперь у него появились энергия и мужество, чтобы двигаться дальше. Пробуждение в мужчине образа Парси-фаля вызывает к жизни самые жизнеспособные стороны его личности.
Король Артур очень серьезно отнесся к тому, что произошло с девушкой, и сразу же посвятил Парсифаля в рыцари. В это время один из приближенных короля, преисполненный зависти к Парсифалю, толкнул его в костер. Парсифаль остался цел и невредим, но смертельно обиделся. Кроме того, завистник ударил девушку, которая только-только вновь обрела способность смеять-ся. Парсифаль пришел в ярость и поклялся отомстить обидчику за оскорбленную честь дамы.
Затем он подошел к королю Артуру и сказал: "У меня есть одно желание. Я хочу получить ко-ня и все доспехи Красного Рыцаря". Все стоявшие вокруг громко расхохотались, ибо при дворе короля Артура не было ни одного рыцаря, который мог бы помериться силой с Красным Рыца-рем.
Не переставая смеяться, король Артур сказал Парсифалю: "Я тебе разрешаю. Ты станешь об-ладателем коня и доспехов Красного Рыцаря, если тебе удастся их заполучить".
Парсифаль только того и ждал. Он помчался на поиски Красного Рыцаря и, встретив его, на-прямую заявил, что получил от Короля Артура разрешение взять его коня и доспехи. В ответ Красный Рыцарь громко расхохотался и бросил Парсифалю: "Прекрасно. Возьми, если смо-жешь".
К тому времени у Парсифаля уже был слуга, который выковал ему меч. Мне очень хотелось, но никак не удавалось выяснить, откуда у Парсифаля появился меч. Ни в одном источнике я это-го не нашел. Возможно, это тот самый естественный меч, который каждый мальчик имеет от ро-ждения, унаследовав его от своих предков.
Итак, между ними произошел поединок, и случилось невозможное: Парсифаль убил Красного Рыцаря, поразив его в глаз.
Во французской версии это единственное убийство во всем мифе. Парсифаль побеждает дю-жины рыцарей на протяжении всего мифа, но убивает только Красного Рыцаря. Эстер Хардинг в своей книге "Психическая энергия" обсуждает подробности протекания процесса эволюции пси-хической энергии, начиная с энергии инстинкта и вплоть до той, которая находится под контро-лем сознания. В тот момент, когда Парсифаль убивает Красного Рыцаря, он отбирает у него ог-ромную энергию, символизирующую силу инстинкта, и становится ее обладателем, тем самым укрепляя Эго. Можно с уверенностью утверждать, что это время превращения подростка в муж-чину. Дальнейшее личностное развитие потребует от него передачи всей энергии, которую Эго к тому времени успело накопить, некоему универсальному центру личности - самости,- который заведомо не вписывается в рамки любой конкретной жизни. Но об этом миф нам расскажет не-сколько позже.
На своем пути Парсифаль побеждает многих рыцарей, но никого из них не убивает. С каждого побежденного рыцаря он берет обещание отправиться ко двору короля Артура и верой и правдой ему служить. Этот психологический процесс характерен для мужчины, находящегося в среднем возрасте: ему покоряется один внутренний энергетический центр за другим, переходя под власть Благородного Короля. Этот процесс воистину облагораживает мужчину среднего возраста и яв-ляется величайшим благом для соответствующего этапа его карьеры.
Вместе с тем нет никакого объяснения убийства Красного Рыцаря. Здесь можно сделать паузу и поразмышлять над тем, какой бы была судьба западной культуры, если бы Красный Рыцарь не погиб, а вместе с остальными побежденными рыцарями отправился служить королю Артуру.
Индийские учения предоставляют альтернативную возможность направления находящейся у нас внутри энергии Красного Рыцаря. Они усматривают эту альтернативу в уменьшении поляр-ности между добром и злом в жизни каждого из нас; тем самым энергия Красного Рыцаря снижа-ется, а не уничтожается совсем и не передается Эго. Однако традиция западной культуры - это героический путь борьбы и преодоления всевозможных препятствий, путь, на котором убивают и покоряют и в конечном счете добиваются победы.
Победа над Красным Рыцарем может случиться во внутреннем мире мужчины или в его внешней деятельности. Обе победы одинаково полезны. В каждом случае Красный Рыцарь оли-цетворяет сильное, мужественное, маскулинное начало, обладать которым жаждет каждый маль-чик.
Одна из самых горьких сторон жизни состоит в том, что обычно победа одного человека дос-тигается ценой поражения другого. Возможно, таким поражением является смерть Красного Ры-царя. Сладость победы особенно ощущается в присутствии проигравшего. Она может быть в об-щем присуща маскулинности, или же это может быть стадия ее эволюции, которую в один пре-красный день удастся преодолеть. На данный момент победа над Красным Рыцарем оказывается кровавой и жестокой.
Если Красный Рыцарь оказался убит "вовне", это значит, что мальчик обретает маскулинное начало, преодолевая серьезные препятствия, встречающиеся на его жизненном пути. Он берет верх в соперничестве над своим противником. Здесь ему потребуются мужество и риск, и тогда он обретет силу Красного Рыцаря. Это могут быть какой-то выигрыш или победа, но обязательно в соревновании или соперничестве - в футбольном матче или в каком-либо конкурсе, и даже трудное и опасное путешествие, как, например, поход в горы, открытый вызов или неповинове-ние кому-то или чему-то. К сожалению, мальчик обычно получает доспехи Красного Рыцаря, только с кого-то их сняв. Именно в этом состоит суть жестокой конкуренции в подростковом возрасте и конкурентности в общей природе маскулинности. Почти каждый мальчик должен одержать победу над кем-то. Его победа не будет полноценной, пока кто-то другой не потерпит от него поражения, а это означает, что и ему когда-то придется проиграть. И тем не менее он должен добыть доспехи Красного Рыцаря. Чтобы оказаться наверху, необходимо победить. Мальчики упорно сражаются за такую победу, ибо для них это вопрос жизни и смерти.
Часто приходится одержать десятки побед над Красным Рыцарем, чтобы обрести нужную си-лу. Если мужчина не особенно рефлексивен, он будет сражаться с Красным Рыцарем всю свою жизнь.
Мужчина часто привносит это стремление к конкуренции, имеющее некоторую подростковую окраску, во всю свою деятельность. Возможно, некоторый соблазн военных сражений и окру-жающий военную жизнь романтический ореол имеют свои корни в уже знакомой нам психоло-гической структуре Красного Рыцаря.
Но у поединка с Красным Рыцарем существует и внутренний аспект. Чтобы мальчик превра-тился в мужчину, он должен уметь овладеть собственной агрессией. Он не может стать мужчи-ной, не понимая, что значит быть агрессивным, но это должна быть агрессия, управляемая в со-ответствии с его сознательной установкой. Если он окажется во власти собственной ярости и стремления к насилию, хорошего ждать не приходится: его мужское начало, его маскулинность еще не сформированы. Психологически эго означает, что он побежден Красным Рыцарем. Его Эго находится в прострации, а находящийся внутри Красный Рыцарь одержал победу, которая проявляется в животной ярости, стремлении к насилию, даже в вандализме или преступных дей-ствиях. Поэтому каждый мальчик на своем пути к зрелости должен научиться сдерживать агрес-сию и стремление к насилию и уметь интегрировать эту грозную маскулинную часть в целост-ную, осознающую себя личность.
Посмотрев на Красного Рыцаря с такой точки зрения, можно убедиться в том, что этот персо-наж олицетворяет теневую сторону маскулинности, то есть ее негативную, потенциально дест-руктивную часть. Чтобы овладеть маскулинной энергией, нужно вступить в поединок с теневой стороной личности, а не подавлять ее. Мальчик не может одержать победу, подавляя свою агрес-сивность, ибо он испытывает потребность в маскулинной энергии, которую может извлечь из собственной тени - Красного Рыцаря. Поэтому Эго юноши должно стать таким сильным, чтобы совладать с собственной яростью и сознательно применять содержащуюся в ней энергию для преодоления препятствий, стоящих на пути к достижению целей.
Совершенно очевидно, что и внешний, и внутренний поединок - это две стороны одной и той же борьбы. Чтобы одержать победу над внешним оппонентом и завоевать пальму первенства, мальчик должен быть способным владеть своей маскулинной энергией и направить ее в нужное русло, но, кроме того, преодолеть трусость и страстное желание материнской опеки, защищаю-щей его от опасности. В то же время очень немногим мальчикам удается одержать победу только во внутреннем поединке. Для укрепления маскулинности необходимо наличие и преодоление внешних препятствий, мобилизующих волю и подкрепляющих ощущение идентичности.
Есть еще одна интересная деталь. Когда Парсифаль собрался облачиться в доспехи Красного
Рыцаря, слуга его предупредил: "Прежде чем надеть эти доспехи, вам следовало бы снять до-мотканую одежду, сшитую вашей матерью". Но Пар-сифаль его не послушал и надел доспехи Красного Рыцаря прямо поверх домашней рубахи.
Иными словами, он облачился в новую маскулинность поверх своего материнского комплек-са*. Разумеется, все сразу пошло вкривь и вкось. Такое поведение свойственно молодому челове-ку в 15-16 лет. Он приобретает новую силу, чувствует в себе способность оторвать голову и пере-грызть глотку кому угодно, но вся проявляющаяся в нем агрессивная маскулинность существует поверх материнского комплекса. Это очень нелепая и смешная комбинация. Конечно же, она аб-солютно непродуктивна.
Парсифаль вскочил на коня Красного Рыцаря и отправился дальше. В этом эпизоде в одной из версий мифа есть любопытная деталь: Парсифаль проскакал целый день без остановки, не зная, как остановить коня. С наступлением ночи, устав от долгой скачки или по какой-то другой, неиз-вестной нам причине, конь остановился сам. Это был первый день, который Парсифаль провел верхом.
Подробнее о влиянии материнского комплекса на мужскую психологию можно прочитать в книгах: Холлис Дж. Под тенью Сатурна. М: Коги-то-Центр, 2005; Холлис Дж. Перевал в середи-не пути. М.: ИНФРА-М, 2002. (Примеч. пер.)
Если каждый мужчина будет достаточно честен с самим собой, то вспомнит, что в юности, впервые довольно легко вскочив на коня Красного Рыцаря, он долго не мог остановиться!
ГУРНАМОНД
Наконец Парсифаль добрался до жилища Гур-намонда, своего крестного отца. Общение с кре-стным отцом является огромным благом для мальчика на этапе его превращения в мужчину. К тому времени отношения с родным отцом могут утратить свою значимость или прекратиться со-всем, когда мальчик становится подростком. Он еще не обладает полной независимостью, но слишком горд, чтобы советоваться с отцом в интимных вопросах. В наше время очень редко су-ществуют близкие отношения между отцом и сыном-подростком. Как раз в этот период мальчи-ку нужен крестный отец, мужчина, который продолжает воспитывать мальчика, когда родной отец потерял с ним контакт. Гурнамонд был архетипи-ческим крестным отцом, который обучал Пар-сифаля рыцарским искусствам. Он закалял его, дипломатически обходя все острые углы (кроме того, Гурнамонд снял с Парсифаля находящуюся под доспехами Красного Рыцаря домо-тканую, сшитую матерью одежду), и учил всему, что должен знать мальчик, жаждущий стать рыцарем. Он настаивал, чтобы Парсифаль остался у него еще хотя бы на год, но тот отказался и внезапно покинул своего крестного отца, почувствовав, что матери понадобилась его помощь.
Гурнамонд дал Парсифалю два важных совета. В очень многих мифах упоминаются либо точ-но такие же советы, либо очень похожие на них. Первый заключался в том, что Парсифалю сле-дует отправиться на поиски Чаши Грааля, ибо это единственная цель, достойная настоящего ры-царя. При этом он должен неуклонно следовать главному правилу: никогда не соблазнять жен-щину и никогда не соблазняться женщиной. Ему нельзя вступать с женщиной в интимную связь, иначе никогда не видать Священной Чаши.
Второй совет Гурнамонда заключался в том, что, добравшись до замка Грааля, Парсифаль дол-жен задать главный вопрос: "Кому служит Чаша Грааля?" Этот весьма загадочный вопрос нам непонятен до сих пор. Оба совета Гурнамонда Парсифаль постоянно держал в голове, ни на ми-нуту о них не забывая.
Итак, Парсифаль отправился на поиски матери. Вскоре он узнал, что сразу после его отъезда ее сердце разрывалось от тоски и печали, и она умерла. Вы, конечно, помните, что ее звали Раз-битое Сердце. Естественно, Парсифаль почувствовал себя виноватым в том, что произошло, но именно таким оказывается один из неизбежных этапов становления и развития мужской пси-хологии. Нет ни одного сына, который, становясь мужчиной, так или иначе на какое-то время не порвал бы отношений с матерью. Оставаясь с матерью, чтобы обеспечить ей комфорт и под-держку, он никогда не избавится от материнского комплекса. Часто мать делает все, чтобы удержать сына около себя. Один из наиболее искусных способов в этом отношении - укреплять в нем идею преданности матери, но, если эта идея овладеет им полностью, все закончится тем, что маскулинность сына будет серьезно уязвлена. Сын должен этого избежать и покинуть свою мать, даже если на какой-то момент это может показаться предательством; мать же обязана вынести эту боль. Однако позже сын, подобно Парсифалю, может вернуться, чтобы выстроить отношения с матерью на совершенно ином уровне. Но это произойдет лишь после того, как сын самостоя-тельно обретет независимость и установит эмоциональные отношения с женщиной своего возраста. В нашем мифе мать Парсифаля умерла, так и не дождавшись его возвращения. Очень вероятно, что она воплощает в себе тот тип женщины, которая может жить, исполняя только ма-теринскую роль, и психологически "умирает", когда эта роль заканчивается, так как не понимает, что значит быть просто женщиной, личностью, ибо никогда не ощущала себя ею, а была только матерью.
БЛАНШФЛЕР
Многие люди совершают свое странствие в жизни, твердо веря в его необходимость, но слабо осознавая психологически, зачем они отправились в это странствие или когда оно могло их ув-лечь. Иногда у них есть определенная цель, но они не могут ее достичь. Часто им неожиданно помогает судьба, и они достигают более глубокой цели. Так случилось и с Парси-фалем, который отправился на поиски своей матери. Но вместо нее от нашел девушку по имени Бланшфлер, что означает "Белый Цветок", и понял, что этой встречи он ждал всю жизнь, еще до своей встречи с Чашей Грааля.
Как мы уже знаем, Парсифалю не удалось застать в живых мать, но во время путешествия ему встретился замок, где жила прекрасная дама в то время, когда ее постигло несчастье. Замок но-сил ее же имя - Бланшфлер. Бланшфлер - первая по значимости прекрасная дама во всем мифе. Все, что ни делал Парсифаль потом, было связано с прекрасной дамой по имени Бланшфлер.
Может показаться, что Бланшфлер - самая несчастная и неудовлетворенная жизнью женщина, какую можно себе представить; однако следует помнить: Бланшфлер - не реальная женщина из плоти и крови. Она воплощает часть внутреннего мира Парсифаля, его внутреннюю феминин-ность. Если женщина из плоти и крови начинает вести себя подобно Бланшфлер, с ней следует немедленно расстаться.
Замок, в котором жила девушка, осадили враги, поэтому она попросила помощи у Парсифа-ля. Она обещала ему солнце, луну и все звезды на небе, если он поможет ей освободить замок. Под-чинивишись глубинному закону, который гласит: "Мужчина не знает своей силы до тех пор, пока она ему не потребуется", юноша обещал освободить ее замок от захватчиков. Парсифаль вышел перед осаждавшим замок неприятельским войском и вызвал на поединок второго по силе рыца-ря. Победив его, юноша взял с него клятву верности и отправил ко двору короля Артура. Затем Парсифаль вызвал на поединок первого рыцаря неприятельского войска и поступил с ним точно так же. К концу нашей истории у двора короля Артура соберется целая толпа побежденных про-тивников, присланных Парсифалем.
Рассуждая над глубинным смыслом этого поэтичного эпизода, Юнг говорит о "перемещении центра тяжести личности", то
|
